пятница, 22 января 2016 г.

Добро пожаловать....

Добрый вечер! Ура, мечты сбываются. У меня появился свой блогодомик. Здесь я буду  показывать свои маленькие творения, делиться своими мыслями, учиться чему-то новому. Накануне Нового Года моя дочь, Айгуль участвовала в конкурсе сказок. Мне очень нравится её сказка. Хочется, чтобы и Вы её прочитали. Она о доброте и о волшестве. Хочется, чтобы все люди были немного добрее,  как и её героиня Ками. Тем более сейчас, когда в Мире творится непонятно что.  Но не будем грустить. Всем уютного вечера. Буду очень рада, если у меня появятся свои читатели и благодарна всем комментариям.



"Ками". Автор Lu Kolb

Я не помню ярких красок. Не помню, что я чувствовал, когда видел яркие цвета. Для меня цвета и ощущения раньше были слеплены воедино: красный-это запах спелой клубники, серый- асфальт после дождя, малиновый- а тут, я думаю вы догадаетесь, белый- запах мороза и льда… У всего есть запах, и таким образом для меня складывалась целая картина мира, все запахи смешиваются, и этот глоток всегда разного воздуха – и есть целый мир сгустков красок и цветов. Я чувствовал, но не видел…
Нет, я все прекрасно видел, я различал цвет светофора, и как любой уважающий себя гражданин переходил дорогу только на зеленый цвет. Или свет?.. Не знаю, теперь эти понятия для меня потеряли всякий смысл. Теперь для меня осталась лишь темнота, а за этой темнотой лишь осталось додумывать, что там. Но я забыл. Я теряю все свои воспоминания день за днем, постепенно. Хотя, мне посчастливилось, если это можно назвать счастьем, обрести темноту постепенно.
Кто я? Мое имя Исмаэль, что означает «Да услышит Бог», но, знаете ли, за 5 лет моей темноты он меня так и не услышал. Звучит страшно, но я начал сомневаться в том, что он вообще способен кого-либо слышать. Мне 26 лет, и я… лишь чувствую. Я потерял зрение вследствие аварии. Но знаете, что самое страшное? Что вместе со зрением ушел и смысл моей жизни. А смыслом моей жизни был свет. Это не метафора, вовсе нет. Просто я человек с фотокамерой, а для фотоискусства важен свет. В принципе, что есть фотография? Да, это летопись светом и цветом. Но я писал свою летопись, где не было цвета, мне казалось это лишним. Я полюбил черно-белый мир, мир графики и вечных линий, вечных световых рисунков, и мир геометрических фигур. Я научился ловить момент и останавливать жизнь. Одним щелчком, одним нажатием. Вообще, я кажется ослеп еще задолго до того. Я перестал слышать и видеть, и мне нужно было доказательство того, что я еще жив. Чем больше я в этом сомневался, тем больше фотографий я делал, тем с большей охотой снимал. Счастливые не носятся с одной игрушкой, им хватает целого мира, чтобы быть счастливыми, а мне же нужно было доказательство этого счастья. Пусть черно-белого, но все же, доказательства. Я сам себя погубил, в тот момент, когда перестал замечать цвет. А потом, мой мир стал гаснуть: сначала пропал цвет, а потом и вовсе свет. Была ли это случайность? Или это все было подстроено моими мыслями? Говорят, мысли могут, как спасти человека, так его и погубить. О спасении пока речи нет, а о смерти я могу говорить точно. Мне 26. И я, кажется, умер.

В моих глазах темнота. Остались лишь ощущения. И музыка. Моим единственным другом осталась верная мне Виолончель. Вечерами в метро, мы вместе с ней пытаемся воспроизвести чудо. Порою, мне это не удается, но я знаю, что мой Друг меня никогда не покинет.
Шаги. Кто-то в спешке бежит к эскалатору. Куда он бежит? Кто его ждет? Наверное где-то этого парня ( по шагам понимаю, что парень), ждет девушка. Она сидит в кофейне, смотрит в окно и надеется, что на этот раз он не опоздает. Но он снова опаздывает, потому что не умеет вовремя собраться с мыслями… А эта задумчивая девушка, она кажется очень устала. Ее никто не ждет. Я ее понимаю. Меня тоже никто и нигде не ждет. А дедушка с палочкой, шуршащий пакетами мысленно вместе со своей супругой. Его бабушка наготовила ему вкусных пирожков с капустой. А теперь во всей парадной стоит аромат выпечки. «Вот соседи-то обзавидуются!» – думает дед. Он придет домой, поцелует свою женушку в щеку и сядут они вместе пить чай. Каким бы не был этот чай, но их вечер точно будет теплым.
А я? Я давно не чувствую тепла. Я не вижу этих людей, а в голове у меня тысячи картинок и тысячи судеб. Только вот одной судьбы точно нет – моей. Ее и быть не может.
– Привет! Ты здорово играешь, но мне кажется, что ты не чувствуешь свой инструмент, – обрывает мои размышления женский голосок. Впервые не могу определить по голосу, сколько ей лет.
– Сколько тебе лет? –задаю я глупый вопрос.
– 21 год. А что? Голос слишком детский? Это да, но знаешь, я давно смирилась.
– У тебя очень милый голос. –но про себя думаю о том, что по голосу, ей лет 10. Не больше. Странные чувства.
– Меня зовут Ками. Но все-таки, может тебе стоит прислушаться к своему инструменту?
Ее странный голос словно эхом отдается у меня в голове, а вопрос завел меня в тупик. Я ко всему прислушиваюсь, но как, как прислушаться к инструменту, открыто и искренне я не понимал того, о чем она говорит. А она продолжает что-то щебетать, кажется, я схожу с ума…
– Да послушайте же вы, надо прислушаться к вашему другу, у него тоже есть чувства. Да, это всего лишь инструмент, но надо уметь слышать его, как вы не понимаете. Ох, кажется вы совсем замерзли…
Да, только сейчас я понял, насколько в метро стало холодно, видимо, и на улице грянули морозы, неудивительно, ведь все-таки декабрь. Мои руки словно перестали меня слушаться, в таком состоянии не может быть и речи о том, чтобы я продолжал играть. Пора последовать домой. Ураган мыслей окутал мою голову, когда внезапно я вспомнил, что от меня ждут ответа.
– Да, зябко,- только и смог сказать я.
– Может быть пройдемся, выпьем горячего шоколада?
Не дожидаясь моего ответа, она помогла мне убрать в чехол мою виолончель, взяла меня за руку и куда-то повела. Как только она меня взяла за руку, я ощутил невероятное тепло. Такое тепло, когда ты зарываешься под одеяло после долгих прогулок, когда впервые чувствуешь солнце, – чувство, будто за долгое время замершее тело начинает отогреваться. Она что-то щебечет, но я не могу прислушаться к ее голосу, сейчас я ощущаю себя до боли беспомощным, будто бы я потерял не только зрение, но и слух.

– Я люблю музыку. Меня с детства приучали. А мой отец всегда говорил, что нужно прислушиваться к инструменту. Вот вы, вы играете на виолончели. Это же такой чудесный инструмент, волшебный момент зарождения этого чуда пришелся на взгляды музыкальных мастеров итальянской школы. А первая соната! Да, звучала эта музыка страшно, но все же, я помню, как Пау Казалься боролся за нее.
Мы сидели в кафе, не помню, как мы здесь оказались. Но она уже около получаса что-то говорит мне о музыке. Странно, странно все это. Ей не пришлось объяснять мою темноту, она будто этого не замечает. Что за имена, что за школа… не понимаю ничего. Понятно лишь одно, что музыка это ее жизнь. А моя жизнь?.. Моя жизнь потерялась еще 5 лет назад.
– Послушайте, музыка тоже умеет раскрашивать мир. Вы чувствуете, как плотный аромат выпеченного хлеба проникает в вашу душу? Как же я люблю ароматы булочных и кофеен! Вообще, людям повезло, столько разных вкусов, удивительно.
– 5 лет. 5 лет без красок. Ками, что вы понимаете в этом? Ничего. Когда не видишь, не хочется и чувствовать. У всего есть цвет. А я его забываю.
– Исмаэль, мне кажется, что вы не слышите меня. Музыка умеет раскрашивать мир, просто попробуйте почувствовать то, о чем думает ваша Виолончель.
Наш спор продолжался еще 2 часа. Я попробовал слушать. Я слышал то, о чем говорит эта странная девушка, но никак не мог ее понять. Мне казалось, она отделена от мира, отделена от проблем, и существует где-то вне них. Но удивительно то, что я впервые за долгое время, ощутил некую уверенность в том, что у меня может быть будущее.

Я подружился с Ками. Она дарила мне мир, учила чувствовать. Она рассказывала мне то, чего я не видел. Мне казалось, что я вижу ее глазами.
– Ох, я безмерно люблю декабрь! Вообще, Петербург очень красивый город, Невский проспект-это будто бы прогулка по волшебному лесу индустриальной эпохи. Он сверкает! весь сверкает огнями: здесь и синий и желтый, и красный и зеленый. Будто бы все краски смешались, почувствуй это!
– Я чувствую аромат кофе, и … женских духов со вкусом цитруса. Что это?
– Это только что прошла очень милая женщина, только это не духи… А мандарин, мне кажется она любит мандарины.
– Ками, такое чувство, будто все ароматы смешались. Стоя именно на этом месте, я ощущаю жуткий аромат мыла, как в детстве… Только оно будто переполнено сладостями, странное чувство.
– Исма, а ты не ощущаешь деревянных красок?
– Ощущаю аромат блинов, если ты об этом.
– Именно!

Мы могли часами блуждать с ней по городу. Она рассказывала мне о ярких красках, о людях, о том, кто во что одет. А я пытался словить эмоции, ароматы и чувства. Тем самым, мне казалось, у всего есть яркость. Яркость, которую я потерял. Но моя темнота перестала быть для меня преградой. Я был невероятно рад тому, что метро и моя Виолончель свели меня с таким человеком, который удивительно тонко чувствовал этот мир и учил этому меня.

Было 30 декабря. Воздух был наполнен сказкой. Я ее ощущал. Я не видел ярких красок, не видел того, как люди спешат в магазины, как они пакуют подарки, как покупают елочки, не видел того, как они их украшают. Но я остро ощущал запах хвои. В детстве мой отец приносил домой маленькую елочку, мама всегда ее ставила в воду, и дом наполнялся этим волшебным ароматом. Папа садился за старое фортепиано, не могу вспомнить, что он играл, но я помню то, как я был счастлив. Помню, как елочка мерцала огоньками, как мама путалась в них, пытаясь помочь папе в украшении комнаты. У меня остались только воспоминания, но это не мешало моей сказке. Я многое позабыл, но благодаря Ками я вспомнил. Я вспомнил, что значит «Верить в чудо».
– Исмаэль, я должна тебе кое-что сказать. Я была здесь лишь ненадолго, но сегодня настал тот день, когда я должна вернуться домой.
В моей груди словно что-то оборвалось в этот момент. Я ощутил ту боль, которая была прежде. Когда я не видел перед собой будущего.
– Как? Ты уезжаешь?..
– Да, ты должен понять. Но здесь нет мне места. Нет места в этом городе. Но вспомни, что музыка умеет раскрашивать мир. Сыграешь для меня в последний раз? Ты так долго не брал в руки виолончель, может быть, сегодня ты ее услышишь?

Я не понимал ее. О какой музыке может идти речь, о какой виолончели. Она уходит. Тот человек, который вернул мне меня, уходит…
– Пожалуйста, я тебя очень прошу. Сыграй мне.
Она вложила мне в руки смычок. Я начал играть. Но ощущения были другие, не такие как прежде. С каждой нотой, с каждым выдохом моего инструмента в моей душе расцветала весна. Казалось, что льды, после долгих веков холода начали оттаивать. С каждым вдохом мне становилось легче. Я позабыл все то, что меня тревожило все эти годы. С каждым звуком ко мне возвращались воспоминания красок. Ко мне возвращались яркие цвета…

Я сумел проснуться от темноты. Но как только я открыл глаза, я не увидел перед собой девушки. Я увидел лишь елку, которая мерцала огнями, как в детстве…
–Спасибо, Ками.

Автор иллюстрации: Барбара Вуд. Надеюсь, Вам понравилась эта добрая сказка. Спасибо, что заглянули в гости. Всех обнимаю! ❄ ❄ ❄

2 комментария:

  1. Айгуль, ты где-нибудь печатаешься? У тебя дар. Читается очень легко, на одном дыхании. Хороший слог, сюжет. Ты вдохновилась картиной?

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Оксана, спасибо огромное, очень неожиданно услышать такие слова! Не знаю, насколько это дар, потому что пишу время от времени и для себя, но Мама вот иногда уговаривает выставить работу. А так, нигде не печатаюсь, хотя раньше очень хотела стать журналистом.

      Картинку нашла после, совсем неожиданно:)

      Удалить